Календарь добавлений
«    Июль 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031 
Рекомендуемые материалы
Землячеству 40 лет
Взгляд в прошлое
Видео о Мологе
Фото мологжан
» » Т. Фавстова. "Вспоминая родную Мологу..."

Т. Фавстова. "Вспоминая родную Мологу..."

  • 20-06-2019, 20:00
  • 162
  • 0
  • Статьи

                                                                                                Тамара Васильевна Фавстова (1908-2002?)


          Вспоминая родную Мологу...



Женская гимназия. Здание построено в 1906 году.

О некоторых учебных заведениях


Я родилась в 1908 году в г. Мологе и прожила в ней до 1922 года, когда моя семья уехала оттуда. Но учиться в Мологе я продолжала ещё 2 года: окончила семилетку, а затем первый курс педагогического техникума, который был расформирован в 1924 году.


В начальных классах я училась в школе, о которой в очерках Ю. Нестерова не упоминается. (Что касается справки архива, то она дана по состоянию на 1914 год, наша же школа открылась в 1916 году.) Это была опытно-показательная школа при Красноставской учительской семинарии. Называли её ещё и образцовой. Была ли она такой — не знаю, но подготовку она дала нам неплохую.


Учителем нашим был Михаил Лаврентьевич Сигневич. Он приехал в Мологу вместе с коллективом семинарии. Был строгим, его боялись.


Со мной вместе поступили Вася Охапкин, Лиза Пустовалова, старший из братьев Кореневских, Костя Фенютин, Боря Мешалкин и другие.


Уроки у нас часто давались семинаристами, которые проходили в нашей школе практику. Нам было предписано называть их «господин учитель». В основном относились они к нам безразлично, но некоторые из них были внимательны и ласковы. Это Дм. Симонов, Дм. Шилов (оба с прекрасными голосами), Б. Петраш (очень красивый черноглазый юноша). Среди семинаристов был Н. Н. Векшин, многие годы занимавший должность заведующего РОНО в Некоузе, и, если не ошибаюсь, М. Н. Куренков, бывший заведующим Рыбинским РОНО (а ранее, кажется, и Мологским). На открытых уроках часто присутствовал инспектор семинарии, кажется, так называлась должность. Это был Евгений Петрович Немцевич, а не Немцович, как пишет Ю. Нестеров.


В каждом последующем году наша школа пополнялась новым классом. Когда же мною был закончен курс 4-классной школы, открылся пятый класс, на следующий год — шестой, затем — седьмой. Таким образом, наша школа переросла в семилетку. Женская же гимназия, насколько помню, была преобразована в педагогический техникум. Это — старшие её классы, а младшие влились в нашу школу. К нам в седьмой класс пришли ученицы 4-го класса гимназии: Лена Матвеевская, Оля Дьячкова, Муся Петрова, Галя Скворцова, Валя Разоренова и другие. Держались они особняком. В следующем учебном году (1923/1924) мы механически были переведены на первый курс педтехникума, который, как я уже упоминала, был расформирован в 1924 г. Из тех, кто поступал со мной в 1916 г. в опытно-показательную школу, к 1924 г. почти никого не осталось.



Некоторые из мологжан, возможно, помнят о том, что до революции в Мологе находилось ещё одно заведение для подростков, но уже исправительное.


                                                 Воспитательно-исправительный приют. Открыт в 1901 году.


Это была колония для малолетних преступников. Располагалась она неподалёку от кладбища. Мне дважды пришлось бывать в тех местах, и оба раза летом. Среди поля — огромный участок, обнесённый красивой оградой. В глубине участка — большой светло-серый дом, а вокруг дома — целое море цветов. Мне запомнились астры. Зрелище было чудесное, ничто не напоминало о заключении, о принуждении. О режиме колонии мне неизвестно ничего. После революции там помещалась какая-то с/х школа: пчеловодства или семеноводства. Я помню фамилию директора (начальника) колонии, его сын учился с моим братом в гимназии. Но называть её не буду: это может быть неприятно его потомкам.




Об Афанасьевском монастыре


В очерках о Мологе упоминается о существовании там женского Афанасьевского монастыря. Он был расположен на северной окраине города, между Заручьем и Кулигой.


Афанасьевский  монастырь. Возник в XIV веке. Открыт как женский в 1798г.

Мы, девочки-подруги, бегали туда в Духов день — престольный праздник, чтобы послушать стройное согласное пение церковного хора, полюбоваться чистым, уютным монастырским двором. Он был вымощен камнями, из-под которых пробивалась трава, а дорожки выложены плитами. Нигде ни соринки. Корпуса двухэтажные, свежевыбеленные, стекла в окнах блестели, виднелись белоснежные занавески, на подоконниках стояли цветы. Во дворе росли кусты сирени и жасмина.


Афанасьевский монастырь. Собор Сошествия Святого Духа на апостолов. Построен в 1840г.

Монахини были труженицами, у каждой из них имелись свои обязанности. Монастырю принадлежал земельный надел: пашня, луг, огороды, капустники. Сеяли зерновые, косили траву, в огородах сажали картофель, другие овощи. Были здесь конюшни, скотный двор с коровами. Лошади водились рабочие и ездовые. По нашей набережной иногда проезжала мать-казначея, летом — в новеньком тарантасе, зимой — в лёгких санках с ковровой отделкой. Лошади — великолепные, кучер — мужчина важный, упитанный, в хорошей суконной поддёвке. Вообще в монастырских конюшнях работали только вольнонаёмные мужчины, женщины-монахини к этой работе не привлекались.


Были в монастыре мастерские: обувная, швейная, вышивальная, вероятно, и какие-то другие. Мастерские принимали заказы и со стороны, а не только обслуживали сестёр.


Мне приходилось видеть изготовленные там зимние сапоги, они так и назывались «монашеские». На тёплом войлоке, покрытые тёмной прочной шерстяной тканью, обсоюженные кожей, на кожаной подошве, с узкой кожаной полоской от носка к колену, сапоги были лёгкими, тёплыми, не боялись сырости и выглядели вполне прилично. Застёжки не делали, да и нужды в ней не ощущалось: голенища были достаточно широкими. Разумеется, женщина из «высшего круга» никогда бы их не обула.


Была ли в монастыре одна вышивальная мастерская или две, я не знаю. Дело в том, что работы выполнялись различные: золотошвейные и «бытовые». Вышивалось белье: женские сорочки, наволочки, полотенца, накидки, скатерти. Применялись различные виды вышивки. Зажиточные семьи заказывали в монастыре приданое для своих дочерей. Работа была удивительно тонкая, изящная, рисунки прекрасные. Очень красивые вышивки цветным шёлком, цветной шерстью по сукну, бархату, шелку выходили из-под рук мастериц. Мне приходилось видеть диванные подушки, ковры, саше для носовых платков. Удивляли великолепно подобранные тона, чистота работы, изящество рисунка. 


Заведовала мастерской (или мастерскими) пожилая женщина, мать Ионафана, родом из мологской купеческой семьи. В Мологе жил её брат -коммерсант с семьёй (его дочери учились в одно время со мной) и сестра. Сестра жила в своём, типичном для Мологи, доме, в три окна с огородом. Мне приходилось бывать у матушки Ионафаны. Она жила со своей келейницей, молодой женщиной. Келья её была светлой, тёплой, уютной. Сама матушка Ионафана — ласковой, доброй, с приветливой улыбкой. Мне она казалась старушкой, но сейчас я понимаю, что это была пожилая болезненная женщина, лет сорока, может быть, немного старше.


                                                                                                                    (Продолжение следует)


Источник: Литературно-исторический сборник "Молога". Составитель Н.М. Алексеев. Рыбинск,1995.С.13-15.




Имя:*
E-Mail:*
  • winkwinkedsmilebelayfeelfellow
    laughinglollovenorecourserequestsad
    tonguewassatcryingwhatbullyangry